Новости
 О сервере
 Структура
 Адреса и ссылки
 Книга посетителей
 Форум
 Чат

Поиск по сайту
На главную Карта сайта Написать письмо
 

 Кабинет нарколога _
 Химия и жизнь _
 Родительский уголок _
 Закон сур-р-ов! _
 Сверхценные идеи _
 Самопомощь _
 Что такое бред?
 Клиника



Профилактика, социальная сеть нарком.ру

Лечение и реабилитация наркозависимых - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru

Лечение и реабилитация больных алкоголизмом - Нарком рекомендует Клинику Narcom.ru
Решись стать разумным, начни!





Немецкие тренажеры

Немецкий производитель. Немецкие моторные масла

fitclub.ru

См. где купить стулья трансформеры 2x2x2.ru/stulya-transformery .

2x2x2.ru

Как становятся СПИД-диссидентами

 


> Сверхценные идеи > Косые взгляды > Как становятся СПИД-диссидентами

Почему растет число людей, которые отрицают существование ВИЧ: интервью у социолога Петра Мейлахса берет корреспондент издания «TheVillage» Юлия Галкина.

П. Мейлахс

В России, по данным Федерального СПИД-центра, растет количество ВИЧ-инфицированных: в начале года их было более 1 миллиона человек. Параллельно растет и армия СПИД-диссидентов — людей, которые отрицают существование вируса. Точное их число ни в России, ни в мире неизвестно. Толчок к новому этапу развития диссидентского движения дали соцсети: так, в группе во «ВКонтакте» «ВИЧ/СПИД — величайшая мистификация XX века» состоит более 15,6 тысячи пользователей.

В сентябре петербургские социологи представили результаты первого в России (и одного из немногих в мире) исследования СПИД-диссидентов. Один из его авторов, старший научный сотрудник НИУ ВШЭ в Петербурге, научный сотрудник Центра независимых социологических исследований, кандидат социологических наук Петр Мейлахс рассказал The Village, можно ли победить диссидентство, не запрещая группы во «ВКонтакте», похоже ли движение «отрицателей» на секту и какую роль в его развитии играет хамство медицинских работников.  

Про неожиданный вывод 

— Почему СПИД-диссиденты попали в фокус вашего исследования?

— СПИД-диссидентов мало где исследовали. На Западе изучали скорее лидеров, верхушку СПИД-диссидентства. Кстати, там таких людей обычно называют СПИД-отрицателями. Все-таки слово «диссидент» ассоциируется с чем-то хорошим, в отличие от отрицателей (сравните с отрицателями холокоста). Но у нас по-прежнему принято говорить про СПИД-диссидентов.

Я начал заниматься исследованием, когда работал в Лаборатории интернет-исследований НИУ ВШЭ.  С одной стороны, мне как социологу были интересны новые феномены в интернете. С другой — я много лет работаю с темой ВИЧ, поэтому нахожусь в контакте почти со всеми профильными НКО. На тот момент, в 2013 году, начался рост СПИД-диссидентства. Появился запрос со стороны НКО, в частности Международной коалиции по готовности к лечению, благотворительного фонда «Свеча» — они спросили, могу ли я провести исследование.

— Как именно вы проводили исследование?

— Этот проект — который, кстати, неожиданно получил большой резонанс в СМИ, — включал три основных компонента. Первый — сетевая этнография: это очень популярный сейчас метод исследования интернета. В течение девяти месяцев я мониторил одну из самых раскрученных СПИД-диссидентских групп во «ВКонтакте». Второй компонент — анализ социальных сетей (любых — неважно, онлайн или офлайн). И третий компонент — 25 интервью со СПИД-диссидентами разной степени убежденности: от хардкорных до разочаровавшихся. Работу вместе со мной проводили коллеги из Лаборатории интернет-исследований ВШЭ Юрий Рыков и Ядвига Синявская.

http://lamcdn.net/the-village.ru/post_image-image/A64wzvz6SuUiG1Xdd-mJXg-wide.jpg

Новый толчок развитию СПИД-диссидентства дали соцсети. Явление уже замирало. Сейчас стоимость входа 
в диссидентское сообщество снизилась до бесплатного клика.Одна секунда — и ты среди своих

— К каким основным выводам вы пришли? Было ли что-то, удивившее лично вас, не совпавшее с ожиданиями?

— Да. Дело в том, что есть популярная психологическая теория отрицания, — 
в частности, диагноза. Человеку ставят диагноз «ВИЧ», у него включается механизм отрицания, поскольку ему трудно, психологически некомфортно принять реальность. Из-за этого он якобы становится СПИД-диссидентом. Согласно теории отрицания, СПИД-диссиденты — просто фрики, неадекватные люди, сторонники паранойяльной теории заговора, которые не признают научные доводы. А оказалось, что это не так (хотя, безусловно, психологические механизмы играют роль).

Я сидел в группе, читал посты и комментарии. И видел, что у многих пользователей были абсолютно легитимные вопросы про свой диагноз. Дело в том, что в массовом сознании, да и в популярном медицинском дискурсе, существует некий, как я его называю, СПИД-шаблон: представление о том, как протекает болезнь. Человек заражается ВИЧ, после чего передает вирус через незащищенные контакты. У человека постепенно падает иммунитет, растет количество вируса в организме…

Но часто происходит не так. Например, в дискордантных парах (где один из партнеров инфицирован, а другой нет) незащищенный секс не приводит к заражению здорового партнера. Или иммунитет, который, по СПИД-шаблону, должен неуклонно линейно падать, наоборот, растет. С точки зрения научной теории это, кстати, объяснимо: случаев дискордантных пар вовсе не один на миллион.

Таким образом, человек, который знает из СПИД-шаблона, как должно протекать заболевание, видит несостыковки. Он начинает задавать вопросы: почему так происходит? И часто не получает информацию от своего лечащего врача. Тот говорит: «Слушай, оставь эти вопросы при себе, я врач и лучше знаю». Человек идет в интернет и попадает на диссидентские сайты. И там ему говорят: «Видишь, никакого ВИЧ нет, все это туфта». Личный опыт — один из важных факторов, почему люди становятся СПИД-диссидентами.

Второе — это то, что оказалось, что теории заговоров, «золотого миллиарда» (ВИЧ выдуман фармкомпаниями, чтобы продавать лекарства) не играли почти никакой роли при обращении к СПИД-диссидентству. Это было ясно из наших интервью. Гораздо важнее — субъективное личное самочувствие и успешные истории людей, которые называют себя «живым свидетельством того, что ВИЧ нет». Еще один фактор — необходимость принимать антиретровирусную терапию, пить эту «химию», «отраву».

И уже после того, как человек на основании этих факторов принимал СПИД-диссидентскую позицию, он начинал нуждаться в дополнении картины мира. Если ВИЧ нет — то почему есть СПИД-центры, лекарства, вся эта система? И вот тогда наступает время теорий заговоров — они второстепенны, с их помощью человек устраняет когнитивный диссонанс с окружающей реальностью.

— Вы сказали, что обычных СПИД-диссидентов особо нигде не исследовали. Но все же есть понимание, что общего и в чем разница между «нашими» и теми же СПИД-отрицателями на Западе?

— 80–90 % материалов, которые публикуются в группе СПИД-диссидентов во «ВКонтакте», — переводные. И у них, и у нас есть «иконы». Например, Питер Дюсберг (профессор молекулярной и клеточной биологии Калифорнийского университета. — Прим. ред.) и Кэри Муллис (лауреат Нобелевской премии по химии за изобретение метода ПЦР. — Прим. ред.). К слову, нет ни одного СПИД-диссидента, который был бы мало-мальски значимым вирусологом. Наши «иконы» — один патологоанатом и одна дама-врач, не буду называть их имена.

СПИД-диссиденты очень любят бравировать своими героями-учеными, которые пошли против системы. Но все это очень старые истории. Все, что публикуется на СПИД-диссидентских сайтах, — пережеванные материалы конца 80-х — начала 90–х годов, ничего нового не было выдумано. Последовательность событий была такая: 1983 год, какая-то болезнь косит прежде всего геев (в меньшей степени — наркоманов). Когда все только начиналось, у научного сообщества были сомнения: вирус это или нет? Довольно быстро вирус был найден. Вся дискуссия закончилась к концу 80-х. Ну а окончательный гвоздь в могилу научного СПИД-диссидентства вбило появление в середине 90-х антиретровирусной терапии. Она била по конкретным механизмам размножения вируса, оказывалась эффективной, и довольно большая часть (не все) западных диссидентов открыто признавалась, что они заблуждались.

У нас очень отрицательное влияние оказала «научно-развлекательная» программа Александра Гордона, которая шла по НТВ лет десять назад. Помните, была передача, в которой он постоянно курил трубку, — дым стоял столбом? Один из выпусков был посвящен ВИЧ. Многие наши информанты говорили об этой программе. Вероятно, было так: человек уже склонялся к СПИД-диссидентству, ну а раз про это рассказали по телеку, — значит, точно правда.

Новый толчок развитию СПИД-диссидентства дали социальные сети. Явление уже замирало. Раньше, если ты становился СПИД-диссидентом, тебе надо было ехать на какую-то сходку — покупать билет, лететь в Сан-Франциско, чтобы встретить единомышленников. Сейчас стоимость входа в диссидентское сообщество снизилась до бесплатного клика. Одна секунда — и ты среди своих.

 

http://lamcdn.net/the-village.ru/post_image-image/xPDuxIJO5iN-AMuVTGp77A-wide.png

 


 

Нет ни одного СПИД-диссидента, который был бы мало-мальски значимым вирусологом. 
Российские «иконы» — один патологоанатом 
и одна дама-врач

Про группы во «ВКонтакте»

— Как работают такие группы? Это только онлайн-общение или СПИД-диссиденты встречаются, организуют события офлайн?

— Я знаю, что была пара встреч на территории какого-то санатория под Москвой. Но группы живут не за счет пары живых сходок с участием пресловутого патологоанатома. Из группы в 5 тысяч пользователей на такую встречу приедет несколько десятков.

В группах, как правило, активны не боле 15–20 % пользователей — они производят 80 % контента. И понятно, что в таких группах сидят далеко не только СПИД-диссиденты (к вопросу о том, что точное их количество назвать невозможно). Например, люди, которые борются со СПИД-диссидентством, тоже постоянно мониторят эти группы. Диссиденты называют их «СПИД-ортодоксами».

— А СПИД-ортодоксы что пытаются сделать?

— Пытаются переубедить. Приводят миллионы доводов.

— И их не банят?

— Довольно сильно банят, обычно за пропаганду антиретровирусной терапии.

— Похожи ли СПИД-диссидентские группы на секты?

— Совершенно не похожи. СПИД-диссиденты не стремятся кого-то заманить. 
И это одна из причин их привлекательности. В наших интервью респонденты говорили, что на СПИД-диссидентских ресурсах их привлекла свобода выбора. Да, там есть элементы пропаганды, но это не похоже на массированную атаку с целью зомбировать.

Российские СПИД-центры работают по-разному: есть такие, где пациентов запугивают: «Пей терапию, или сдохнешь», начинают звонить домой… Часто это имеет противоположный эффект: пациенты стараются дистанцироваться. Кроме того, бывает неправильное консультирование. Бывает, что ответы на вопросы пациентов трудно дать. С ВИЧ, как и с любой болезнью, есть достаточная степень научной неопределенности. То же самое с сердечно-сосудистыми заболеваниями или онкологией: человеку говорят, что он проживет три года, а он живет три месяца. Или наоборот.

Мы писали в нашем докладе, что нужны более партнерские взаимоотношения врачей с пациентами и открытое признание, что есть множество сценариев протекания болезни. Это будет способствовать доверию между врачом и пациентом.

Про отрицание медицины

— А почему, кстати, диссидентство распространено именно в отношении СПИДа? Ведь никто не говорит, что не бывает инфарктов или рака.

— Нет, люди, которые верят, что рака нет, что болезнь — от стресса, существуют, но такого распространения это явление не получило. Это интересный культурологический факт: СПИД — довольно новая болезнь, а в отношении тех же сердечно-сосудистых заболеваний уже есть некая традиция. Возможно, мало кому понятно, как вирус появился (курсирует версия, что его якобы создало ЦРУ). Сейчас известно, что он, судя по всему, появился в деревне в Африке в 20-е годы и довольно долго не распространялся вне этой деревни, пока она не стала, по мере индустриализации Африки, транзитным пунктом.

На самом деле существует мощный антинаучный дискурс, который говорит о том, что современная медицина больше калечит, чем лечит, поэтому нужно идти назад, к природе. Тут — различная альтернативная медицина, народные средства. И, в еще более широком смысле, есть разочарование в институтах экспертизы в целом. Вы в курсе, что есть движение, популяризирующее теорию о том, что Земля — плоская? Все фото со спутника — это фейк. У сторонников есть свои аргументы: если бы Земля была не плоская, самолеты из Южной Америки в Африку летали через Антарктиду.

Так вот, это разочарование — «Брекзит», Дональд Трамп — указывает на общий, более глубокий, тренд на недоверие к политикам, традиционным институтам власти, традиционным элитам, науке. Мне кажется, что отрицание медицины, науки — это разочарование в традиционных экспертных системах. СПИД-диссидентство в этом смысле тоже piece of the puzzle.остью

Кто эти люди 

— Возможно ли составить социологический портрет среднестатистического СПИД-диссидента? Есть ли общие черты — возраст, социальный статус? Кто эти люди?

— Это люди довольно молодые — обычно до 35 лет (если говорить о ВИЧ-инфицированных, а не просто сочувствующих). У многих из них есть высшее образование — оно способствует критическому мышлению, люди не принимают на веру то, что им говорят. Люди с меньшим уровнем образования менее критичны и более склонны доверять врачам.

В последнее время наблюдается очень печальная тенденция: к СПИД-диссидентству приходят молодые матери. Это опасно тем, что затронуты третьи лица, — дети, которых не спрашивали, хотят ли они пить лекарства. Мамочки решают за них. Мы недавно на круглом столе обсуждали, можно ли и в каких случаях лишать родительских прав, какие вообще могут быть меры воздействия.

— А в ваших интервью была эта категория — молодые матери? Ведь тут сразу встает этическая дилемма исследователя: 
с одной стороны, ты узнаешь о том, что есть угроза жизни третьему лицу, и, наверное, надо об этом куда-то сообщить.
 
С другой — перед тобой информант, анонимность которого ты обязался соблюдать. Что делают социологи в такой ситуации?

— Сейчас они часто открыто отказываются от медицинской помощи, и врачи об этом знают. Данная информация не является новой для патронирующих служб.

Про взаимодействие с врачами 

— Я правильно понимаю, что диссидент остается диссидентом, пока у него не начинает ухудшаться состояние здоровья, и это основной канал выхода из движения?

— Да. Люди перестают быть СПИД-диссидентами, потому что ВИЧ их догоняет, и они чувствуют его на себе. Потому что, увы, вирус есть. Но я знаю и истории, когда люди меняли свою позицию просто потому, что не успели стать махровыми СПИД-диссидентами.

Мы в рамках исследования подготовили лозунг: «Верь во что хочешь, только следи за своим здоровьем». Пусть это выдумки, пусть ВИЧ нет — просто обращай внимание, и если чувствуешь себя плохо, то сходи в СПИД-центр, сдай анализы, не списывай на простуду. На всякий случай. Это, кстати, частая история. Девушка жалуется в группе: «Мне плохо, я на все проверяюсь, мне ничего не помогает». Логика такая: врачи, прикрываясь ВИЧ, не лечат реальные болезни. И, поскольку ВИЧ нет, «реальную болезнь» можно искать до бесконечности. Девушка в результате умерла.

— А реальные болезни для них — это что?

— «Проверь щитовидку», еще что-то… Есть люди, которые отрицают вообще любую современную медпомощь. Но подавляющее большинство верит в то, что медицина может им что-то дать.

— Респонденты рассказывали истории взаимодействия с врачами, после которых они пришли к СПИД-диссидентству? Я помню, как в прошлом году известный телеведущий Павел Лобков рассказывал о своем опыте диагностики ВИЧ, — когда его открепили от программы медицинского страхования, а потом он год не мог найти стоматолога, потому что специалисты не решались работать с ним. Все это кошмарно — и совсем не удивительно, что многие предпочитают хамству и унижению компанию единомышленников в СПИД-диссидентских группах.

Социолог Петр Мейлахс — о том, как становятся СПИД-диссидентами — Что нового на The Village

— Кстати, должен отметить, что петербургский СПИД-центр заслуженно пользуется хорошей славой среди пациентов. Хамства и некомпетентности там нет. И это не только мое мнение, но и многих пациентов. Впрочем, и в Петербурге можно найти разное отношение. Одна респондентка рассказывала, что в поликлинике ей заявили: «Ты наркоманка и изменяешь мужу». Стигматизация — тоже очень важный фактор прихода к СПИД-диссидентству.

Что делать

— Возможно ли победить СПИД-диссидентство в России? Помимо налаживания коммуникативной связи «врач — пациент», что еще можно сделать? Запретить все эти группы во «ВКонтакте»?

— Такой вопрос дебатируется. Я лично против цензуры в интернете. Это только создаст СПИД-диссидентам антисистемный ореол.

— С другой стороны, вы сами сказали, что соцсети дали мощный толчок к возрождению СПИД-диссидентства.

— Запретим одни сайты — будут заходить на другие. Найдут способ. Повторю: 
я против цензуры в интернете. Считаю, что люди имеют право придерживаться какой угодно точки зрения. Можно разве что говорить о тех или иных правовых мерах воздействия на будущих матерей, которые не дают профилактику своим будущим детям.

— Так а что можно сделать, если не запрещать?

— Помимо налаживания адекватного консультирования — раздавать ВИЧ-пациентам, как только они в первый раз приходят на прием, небольшие памятки с проверенными источниками про ВИЧ. И второе — вовлекать их в группы взаимопомощи людей, живущих с ВИЧ. Надо понимать: сколько ни борись с наркоманией, люди будут употреблять наркотики, будут умирать от наркотиков. Люди будут попадать под троллейбусы. Люди будут СПИД-диссидентами. Окончательно и бесповоротно ничего не решить. Но есть рычаги, которые могут ослабить эту проблему.

И еще один важный момент: несмотря на паблисити, которым окружено СПИД-диссидентство, несмотря на жертвы,  оно не является реальным драйвером эпидемии ВИЧ в России. Гораздо более важные факторы — отсутствие адекватной наркополитики, метадоновой заместительной терапии и практическое отсутствие программ по обмену шприцов. И в целом зачастую низкая приверженность инфицированных граждан  — даже тех, кто верит в ВИЧ, — к лекарствам.  

Источник: http://www.the-village.ru/village/people/city-news/246839-aids-denialism


Другие интересные материалы:
Система предупреждения безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних: история и современность
Исследование исторического опыта по созданию системы предупреждения...

Преступность несовершеннолетних — показатель, по которому можно судить не...
Стратегия снижения вреда в глобальной политике в отношении употребления нелегальных наркотиков
«Очевидным видится, что заимствование каких-либо моделей в отношении политики...

В современном мире употребление индивидом нелегальных наркотических...
Принудительная диспансеризация наркологических больных
Возможность успешной профилактики правонарушений, основной причиной...

Дискуссия о необходимости, возможности и целесообразности принудительного...
Лечение алкогольной зависимости путём восстановления доболезненной активности основной спиртутилизирующей системы организма
Экспериментальными исследованиями показано стойкое повышение активности...

В. Николаенко Многолетняя нарастающая регулярность употребления...
Шаг седьмой


"Мы смиренно просили Его избавить нас от наших недостатков" Хотя каждый...
 

 
   наверх 
Copyright © "НарКом" 1998-2013 E-mail: webmaster@narcom.ru Дизайн и поддержка сайта Петербургский сайт
Rambler's Top100